Fandorina Liza (fandorina_liza) wrote,
Fandorina Liza
fandorina_liza

Categories:

Про звезды.

поехали мы тут с Антоном звезды смотреть. в городе засветы, а за городом должно быть хорошо видно.
точнее, на метеориты. там пик падения пришелся на вот эти ночи, ну, мы и собрались.
и попали немного в передрягу.

Антон нашел карту засветов, выбрал точку — деревня Владимировка, на Ладоге. сто тридцать километров от города. и по городу тридцать.
в процессе сборов, а сборы были очень поспешные, я осознала, что едем на мотоцикле.
сто тридцать от города.. на улице холод ночами еще.. с палаткой..
но раз так, то так.
я похватала вещей, какие попались, таблетки, нож и спички — у меня всегда с собой, в карманах пальто.
пока я выносила остатки вещей к мотоциклу, Антон поставил подзаряженный аккумулятор, привязали рюкзак, пенки, спальники, выехали.
сердце мое материнское дрогнуло, так далеко уезжаем, но оглядываться уже нельзя.

доехали до Меги Парнас, закупились остальным — вода, уголь, дрова, картошка, колбаски, пиво.
и вот тут началось самое интересное.
во-первых, стало смеркаться. Антон планировал до заката доехать уже до места. закат в девять, выехали из Меги мы в восемь тридцать.
во-вторых, вещи, как бы мы ни старались их упаковать, торчали отовсюду. мы прицепили над кофрами с правой стороны — одну из пенок, скрученную в рулон, с левой — пакет с углем и всяким барахлом. который, как оказалось, упирался чем-то ровно мне в бок. как бы я ни пыталась елозить и подтыкать этот пакет — все равно он занимал часть того места, где сидеть должна женщина байкера. кофры забиты, на багажник уже ничего не прицепишь, темнеет, надо ехать — я решила терпеть и приноровиться.


путешествовать на мотоцикле — это совсем не то же самое, что путешествовать на машине. начиная с комфортной температуры в салоне, заканчивая тем, что машину в крайнем случае можно закрыть и бросить на время. или поспать в ней. с мотоциклом такого не будет. бросать его нельзя ни в коем случае. и обдувает тебя на трассе так, что кажется, что кожа сейчас слезет. даже через три свитера и пальто. не, всегда, конечно, а только когда на улице всего лишь май.

выехали, встали на курс и двинулись на север.
обычно, когда мы едем куда-то, мы довольно часто делаем остановки, каждые тридцать-пятьдесят километров, чтобы отдохнуть, размять ноги, размять, как ни странно, попы. потому что все это страшно затекает, когда ты впился в руль или впился в своего байкера.
здесь дело осложнялось тем, что темнеет же, блин. а ехать еще кучу километров. потому мы почти не останавливались без надобности. ехали, ехали и ехали.
у Антона с собой были только темные очки, и это была еще одна печаль. хоть они и особенные, для вождения, но в темноте, сами понимаете. а без очков не поедешь, потому что глаза сдует к чертям.

но самое главное — холод. адский холод. просто нереальный. ледяной встречный ветер. когда ты едешь и просто себя не чувствуешь, ни рук, ни ног. когда ты едешь и думаешь — ну какого же чорта я опять здесь оказался?.. когда после того самого мая в позапрошлом году обещал себе так не мерзнуть больше никогда в жизни?
и страшно. просто дико страшно. никогда бы не подумала, что ночью вот так страшно ехать.
ты не видишь ничего, кроме куска серой дороги и темноты по краям. периодически всплывают деревеньки из нескольких домой, названия которых мне прям врезались в память. Громово, Сапёрное, Отрадное, Солнечное, Заостровье. периодически мы тормозили и смотрели в навигатор. телефон садился, но у нас был пауэрбанк. слава богу за пауэрбанк, да. в случае чего мы могли его подцепить. правда, он был в кофрах в самом низу, и мы экономили заряд. потому что надо ехать, надо доехать как можно быстрее.
остановки не приносили большого облегчения, разве что не так сильно обдувало ветром. но ноги как были онемевшие, так и оставались.

я вижу свою роль байкерского рюкзака в том, чтобы не отсвечивать. как бы тебе ни было плохо, страшно, как бы ни занемела нога — а немеют они часто, а чаще даже выламываются коленки — нельзя сильно шевелиться и тем более размахивать разными частями организма во время движения. потому что это равновесие. Антон не может отвечать за мои движения, потому их не должно быть почти совсем. когда совсем плохо с ногой, я могу, не снимая ее с подножки, вытянуть ее носком от себя, а потом, наоборот, притянуть носок обратно. так хоть чуть-чуть разгоняется кровь. или немного передвинуть обе ноги вместе, подстраиваясь под маневр. но на трассе такое нечасто, это в городе ты то в пробках, то на светофорах, сел, расслабился, ноги потянул, снова собрался. а тут ты собранный гонишь и гонишь.
при этом я знаю, что если я скажу, Антон остановит в любом месте. и спасет меня, если мне сильно будет плохо. он не из тех, кто скажет — что ты придумываешь, перестань, — он остановится и спасет.
и я знаю, что если бы я завыла, мы бы нашли кемпинг и заночевали там. в тепле и комфорте. но я не завыла. мне хотелось выдержать.
мы просто оба, не сговариваясь, отмечали все вывески гостиниц и мотелей. не скажу, что их много попалось по пути. штуки три-четыре, если считать базы отдыха, до которых еще от трассы надо было ехать вбок.
я параллельно замечала, в каких домах горел свет, хотя с трудом представляла, что нам открыли бы дверь. но все равно запоминала названия поселков, где я видела такие дома.

и да, можно было бы заночевать хоть в поле. у нас же палатка с собой, спальники, все для костра, еда. но хотелось доехать до конца. туда, где звезды.

в Суходолье мы все-таки сделали остановку, увидев вывеску «Магазин, кафе 24 часа». на нас тут же напал подвыпивший абориген, у нас руки-ноги не шевелятся, хочется хотя бы на три минуты в тепло, а он разговоры разговаривает. решил, что должен подогнать варенье и умчался домой, взяв с нас обещание, что мы двадцать минут подождем. а кафе оказалось не кафе, а пивная разливуха. и кофемашина сломана, ни чая, ни черта. мы помялись в магазине у ящиков, где оставляют сумки, кое-как отогрели ноги, которые вообще не разнемели, и двинулись дальше. я думаю, мы там проторчали двадцать минут, но все равно этот с вареньем не успел. теперь являться будет в кошмарах, ага, как он с вареньем вернулся, а мы уехали. а, может, по пьяни и забыл.

до Суходолья на меня еще паническая атака напала. я уж с жизнью начала прощаться. страшно, что капец, холодно, руки прячу за Антона, сама скукожилась, чтобы за его спиной укрыться. потом отпустило, стала засыпать. не очень здорово на ходу на мотоцикле заснуть. боролась, как могла.

и вот, наконец, грунтовая дорога. осталось двадцать шесть километров. всего двадцать шесть!
ехали по лесу, мимо домиков, в одном окна горели.
ехали, ехали, уже из последних сил.
и вот, наконец, вот она, деревня Владимировка, вот он мыс. вот там остров Коневец.
остановились на мысу, слезли с мотоцикла, освещаемые фонарями с бухты.
подумали, где лучше заночевать. Антон заводит мотоцикл, а он только кряхтит. сел аккумулятор.
а я даже не паникую. я понимаю, что мы приехали, тут можно будет поесть и поспать, понимаю, что Антон все равно что-нибудь придумает, спасет нас.
пока Антон толкал мотоцикл к месту стоянки в лес, я держала фонарь, освещая ему дорогу. фонарь трясся, руки просто ходили ходуном от холода. думаю, нас часа три колбасило обоих, и в дороге, и потом, пока отходили у костра. зуб на зуб не попадал. дрова еще не горели, сырые чортовы дрова в Ашане.
развели костер, Антон разложил палатку, укрыли мотоцикл на ночь, выпили пива, пожарили колбасок. самое обидное — звезд так и не увидели. засвет был, я даже Млечный Путь не увидела, хотя Антон слабый приметил.

я думала, я не смогу спать. невозможно спать, когда так страшно.
но назадавала Антону кучу вопросов. на которые он терпеливо отвечал. — а если на нас нападут, пока мы спим? — не нападут, кому это надо? — а как мы выедем завтра? — соберем вещи, встанем у дороги, будем ждать машину, чтобы прикурили.
так мы и сделали наутро. собрались, встали на обочине, благо она была недалеко. остановилась шнива, дядечка с семейством, аккуратно прикурили нас, завелись. «удачи!» — говорит дяденька и жмет Антону руку. спасибо.

домой ехать было легче. можно было останавливаться, перекусить, отдохнуть, правда, мы старались не глушить мотор, чтобы не рисковать.
кругом были поля, леса, красивые деревни, желтая трава, а я так люблю желтую траву!

маме когда рассказала, она прислала фотографию.
где она и папа ездили в такое же путешествие. вокруг Великих Лук. мы, говорит, всю округу же там объехали, а в тот раз особенно устали, замерзли, промокли, все в грязи. всё это не случайно. )
слава богу, в который раз подумала, я, что хотя бы не было дождя.

папа-и-мама

Антон тоже вот писал у себя.

Tags: женщина байкера
Subscribe

  • Дальше

    часа полтора-два тушили и вертолетами. вертолет снижается к Неве, забирает воду (сам момент я не вижу, дом закрывает), поднимается и плавно…

  • Мануфактура

    сижу работаю, без десяти час смотрю, горит что-то в городе. поискала, горит на набережной Невская мануфактура. шестиэтажное здание, сначала…

  • Ходили опять искали подснежники

    не нашли пока. зато много всего другого нашли ) птиц (опять я забыла бинокль, и даже очки!) (и корм для птиц!), дубы, темный ельник, форсировали…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments